Maybe it's because I'm a Londoner ©
Поскольку в моих приключениях наступает пауза, я бы хотел подвести небольшой промежуточный итог сейчас, когда моя голова немного остыла от приключений. Нередко и не раз ко мне обращались с резонным возражением на мои восклицания: мол, я вижу только туристическую, развлекательную часть жизни, восхищаюсь архитектурой, природой и прочими прелестями, потому что они мне не принадлежат, потому что мне не придется жить со всем этим бок о бок. Например, предполагают мои возражатели, если бы я работал где-то там, где путешествую, если бы каждый день я видел одно и то же, я бы определенно заскучал, и жизнь снова стала бы безынтересна и тосклива.

В это сложно кому-то поверить, но я прекрасно представляю себе и праздность, и обычную жизнь с зарабатыванием денег.
Мне не приходилось никогда в жизни по пути на работу видеть что-то красивое или сидеть в офисе с видом на Кремль. Однажды я работал в пешей доступности от парка Горького и кинотеатра на Фрунзенской — и я добирался до работы по Профсоюзной, вдоль которой стоят восьмиэтажные дома, кажущиеся еще выше из-за своих арочных подворотен. Периодически проходя мимо маленького кабинета нашего начальника, мне открывался вид на высотку МГУ, а с балкона, куда коллеги ходили курить, красивая панорама на городские крыши и Шуховскую/Шаболовскую башню. Не то, что бы я постоянно пялился в окно на работе; я это к тому, что работать в красивом месте все же приятно.

Безусловно, проблемы мы себе создаем сами. "Не нравится работа — смени ее, работай там, где нравится". "Не нравится страна — так и проваливай за рубеж". Я все же придерживаюсь несколько иных взглядов, я считаю, что если у человека какой-то внутренний конфликт, при котором он не может гармонично жить в данных ему обстоятельствах, и он ну вот прямо никак ничего не может исправить, ему стоит пересмотреть себя и свои взгляды. Делать это полезно не ради других (ради других дела делать вообще неблагодарное занятие, зато если делаешь для себя, всем сразу становится интересно), а исключительно на пользу своему эмоциональному здоровью. Помнится, после первой поездки за границу у меня была тугая меланхолия, в которой я болтался как в колодце на веревочке. Я считал, что если не перееду в Лондон через год, то на том и жизнь моя кончена.

В последнее время я понял, что я, со своей многонациональностью в крови и непривязанностью к конкретной местности, являюсь представителем племени современных кочевников (племя и название только что сам выдумал). Вроде бы осесть где-то, обустраивать уютный дом, в который хочется возвращаться, — это правильно и как будто бы этого хочется. Но путешествовать, свободно и без привязанностей, перемещаться на поездах, самолетах, корабликах, узнавать новых людей и нигде не оставаться навсегда — чтобы увидеть что-то еще, что-то, кроме, — хочется намного сильнее. Я постоянно переезжал со своим семейством с двухлетнего возраста, — так может, провидению угодно, чтоб я шел по такому пути? Просто сейчас я пишу вот и понимаю: я не могу представить себе постоянную жизнь ни в одном из городов, где я был; не могу представить, что выхожу на пенсию, что старею в одном и том же месте на протяжении бесконечно долгих лет. Жизнь вообще-то быстротечна и, хоть переезды и узнавание другого мира в принципе особого смысла не имеют (это только расходы, и никакой прибыли я не имею, как некоторые блоггеры или фотографы, или путешественники на телевидении; я даже не блоггер), хотя и в Лондоне полным-полно бездомных, и они по утрам спят на лестницах театров и прямо у зданий в спальниках, хотя и в Ливерпуле какой-то пьяница в девять утра с нетрезвыми друзьями орал под окнами у своей бывшей, хотя в Брайтоне мне впервые сказали "fuck off!", когда я уличил вора, — и в мире вообще много несправедливости, грязи и пустоты, которая есть везде, которая никуда не денется, потому что такова человевечкая природа, — пусть мои воспоминания, которые я оставляю во всемирной сети, будут полны светлых, радостных дней, когда любопытство отправляло меня в чужие края.